«Пакет Яровой-Озерова», как известно, подписан президентом и вступил в законную силу. Первым «пробным шаром» в рамках его исполнения стало привлечение к административной ответственности 25-летнего кришнаита Вадима Сибирева из города Дзержинск. Он был задержан в Карачаево-Черкесии за распространение «Бхагавад-Гиты» и проповедь вайшнавизма. В соответствии с «антитеррористическими» поправками Яровой молодого человека пытались осудить за «миссионерскую деятельность», за которую у нас теперь положен штраф до 50.000 рублей.
В своём объяснении задержанный кришнаит написал, что, по его мнению, «миссионерством» в российском законе признается деятельность религиозных объединений или их уполномоченных представителей, а не личная деятельность граждан по реализации своих конституционных прав.
Хорошая новость состоит в том, что мировой суд Черкесска вчера прекратил административное дело в отношении Вадима Сибирёва, за отсутствием в его действиях состава и события правонарушения, предусмотренного «антитеррористическим» законодательством Яровой-Озерова. Любопытно, что юрист-правозащитник Михаил Фролов, представлявший интересы кришнаита в черкесском суде, — однофамилец (если не родственник) юной прокурорши, которая вчера обвиняла меня в экстремизме.
Другим следствием «пакета Яровой» стал приказ ФСБ России от 19 июля 2016 года за №432. Он призван урегулировать порядок «сбора ключей шифрования» у так называемых «организаторов распространения информации». Эта процедура вызывает у специалистов не меньше вопросов, чем пресловутый реестр сайтов с посещаемостью больше 3000 человек в день, создание которого, как мы помним, было предусмотрено в 97-ФЗ, во исполнение предыдущего «антитеррористического пакета Яровой», пролоббированного ФСБ якобы в ответ на взрывы в Волгограде. Реестр, как мы знаем, должен был вести Роскомнадзор, который сразу же заявил, что не собирается страдать этой фигнёй. Сайтов, подпадающих под критерии 97-ФЗ, в мире насчитывается не одна сотня миллионов. То есть требование о создании реестра, где бы значилась контактная информация владельцев всех этих ресурсов, невыполнимо чисто физически. Как и «антитеррористическое» требование об обязательной паспортизации всех пользователей публичного WiFi, про которое Минкомсвязи, помнится, давало официальное разъяснение: ну да, в законе написан бред, но собака лает — ветер носит. Мы будем настаивать на авторизации по сим-карте, предполагая, что её в России нельзя купить без паспорта, гыгы.
Со «сбором ключей шифрования» намечается очень похожая фигня, только отбояриваться от глупых требований «антитеррористического пакета» придётся уже не Роскомнадзору (который сразу заявил: закон принимали не мы), а тем самым чекистам, которые этот сбор ключей собственноручно пролоббировали.
Леонид Волков сегодня предметно разбирался с техническими аспектами «Приказа №432», реестром «организаторов распространения информации» и реальными перспективами реформ в деле слежки ФСБ за нашими чатами. Не хочу пересказывать этот длинный и забавный текст, но вывод о том, что чекисты намылились откосить от исполнения своего же собственного законопроекта прямо напрашивается. Возможно, самое интересное открытие Волкова — что ни один мессенджер, российский или зарубежный, сегодня в реестре «организаторов распространения информации» не значится.
Собственно, не в первый раз спецслужбы разинули рот на кусок, который им не только не прожевать и не переварить, но даже и не откусить. Их поведение в этом смысле очень сильно напоминает поведение Дракоши на шоколадной фабрике из мультика «Сладкая сказка». Тут можно, конечно, задать вопрос: а на хрена тогда они этот пакет продавливали? Про это читайте в постах о коррупционной составляющей «пакета Яровой».