Биткойн сейчас переживает разгар гражданской войны. Или, по крайней мере, именно так это представляют СМИ. Если вы еще не знаете — протокол Биткойна содержит встроенное ограничение: только 1 Мб данных может быть включен в «блок» транзакций, каждый из которых появляется примерно раз в 10 минут. Это ограничение было однажды введено Сатоши Накамото лично, с целью предотвращения определенной DDoS атаки на сеть.
Как большой фанат Фонда Экономического Образования (FEE), я всё еще не согласен с недавней статьей Роджера Вера, известного под прозвищем «Биткойн Иисус», в которой он выступает за увеличение размера блока. Позвольте мне начать с того, что Роджер Вер – это очень ценный актив для либертарианского движения. Его увлеченная риторика в поддержку свободных рынков и финансовая поддержка такого множества учреждений оказали неоценимую помощь. Однако, относительно проблемы размера блока, мне кажется, Роджер позволил своему рвению привнести Биткойн в массы затмить здравый смысл.
Легко понять почему увеличение размера блока так обыгрывается, и почему данная позиция постоянно обсуждается крупными изданиями, от NPR до The New York Times. Звучит просто и понятно: нам нужно больше транзакций в блокчейне, так что давайте увеличим лимит, верно? Таким образом, кажется логичным, что люди, которые выступают против повышения лимита, выступают против Биткойна.
Действительно, на r/btc, отдельной ветке Reddit, которую модерирует Вер, циркулирует множество теорий заговора про разработчиков ядра. Вот например: некоторые из разработчиков Bitcoin Core работают на стартап под названием Blockstream. Предполагается, что они активно ограничивают Биткойн, чтобы привлечь больше трафика к своим приватным сетям. Ничто не может быть более далеким от правды; Blockstream — просто инструмент для финансирования разработки данной технологии, необходимость которого возникла до создания Blockstream.
Каждый продукт Blockstream является open source. Это означает что, как и в случае с Биткойном, весь мир имеет право изучать, запускать и форкать код Blockstream так, как они захотят. Что немаловажно, основатели Blockstream имеют за плечами долгую историю борьбы за Интернет свободу. Грег Максвелл, бывший участник Mozilla Foundation, говорит:
«Когда я работал в IETF с другими давними разработчиками протокола Интернета, циркулировало почти постоянное сожаление о том, что мы не построили Интернет с шифрованием по-умолчанию, которое бы было всегда включенным… Я не хотел бы повторить ошибку с деньгами. Я думаю, если Биткойн должен будет заменить все остальные формы денег, нам стоит улучшить анонимность.»
Максвелл пошел дальше разговоров. Он изобрел CoinJoin и Confidential Transactions – два протокола, значительно улучшающие приватность Биткойн транзакций. Доктор Адам Бэк, тем временем, в течение десятилетий был вовлечен в движение шифропанков. Бэк изобрел Hashcash, систему Proof of Work, которая является основным компонентом Биткойна (не блокчейна, нет). Бэк — автор одной из шести цитат в Satoshi Whitepaper. Предположение, что эти личности или их коллеги каким-то образом пытаются саботировать работу Биткойна — нелепо, и все, кто их выдвигает, ставят доверие к себе под сомнение. Как верно подметил Андреас Антонопоулос, «единственный способ, которым оппоненты Биткойна смогут навредить системе, заключается в троллинге, распространении разногласий, предсказаний о плохой судьбе и генерации негатива в онлайн-обсуждениях».
Мнение о том, что размер блока должен оставаться в рамках 1 мегабайта, действительно выглядит не выдерживающим критики. Но здесь читателю нужно более глубоко понимать, как именно работает эта технология и как вообще строятся сети. Я попытаюсь всё объяснить для вас в статье ниже.
Секс, Наркотики и Рок-н-Ролл
В своем Биткойн повествовании, Роджер приводит аналогию с сетью кофеен Starbucks. Он считает, что ограничение на размер блока выглядит так, как выглядело бы ограничение в сети Starbucks, запрещающее обслуживать более 20 клиентов в день. Если бы подобное существовало, Starbucks никогда бы не достиг такого успеха. Но Биткойн больше похож на Starbucks, который правительство постоянно пытается закрыть. Он существует только потому, что не может быть закрыт.
Биткойн является “регуляторным арбитражом” (хитрая методика, придуманная западными экономистами с целью укрывания доходов за счет несоответствия законодательных норм разных юрисдикций, радостно используется не только западными экономистами – прим. пер.) в своем самом чистом, монетарном эквиваленте того, чем является технология BitTorrent для культуры свободного распространения контента. Когда пользователи посылают биткойны друг другу, вместо того, чтобы просто записывать транзакции на централизованных серверах, как это делает PayPal или любой современный банк, майнеры соревнуются за право включить транзакции в блоки. Если правительство «урегулирует» или уничтожит одну из майнинговых ферм, все остальные фермы, разбросанные по планете, продолжат соревнование, так как хотят получить награду за блок. Система, таким образом, создала идеальный баланс, с достаточной степенью децентрализации, чтобы поддерживалась независимость, но также с определенной степенью централизации, которая позволила устранить трения.
Соответственно, поддерживать блокчейн — дорогое удовольствие. Очень дорогое. Чтобы записать транзакцию на тысячах серверов, а некоторые из них могут оказаться враждебными системе, нужно тратить куда больше средств, чем на запись транзакции на одном централизованном сервере, как в случае с PayPal. Компания выступает в роли доверенного, но регулируемого третьего лица.
Красота Биткойна в том, что он может работать в условиях, несовместимых с работой традиционных систем взаиморасчетов — когда банковский счет Wikileaks заблокирован, когда эскорт сервисы не могут использовать свои банковские карты для покупки реклам на Backpage, или когда зависимые от веществ люди хотят получить ежедневную дозу из Дип Веба. Биткойн хорошо служит необеспеченным гарантиями рынкам, которые не могут существовать потому, что правительство запретило их.
К сожалению, годами Биткойн продвигали как бесплатную или дешевую сеть для транзакций, но это категорически не верно. Биткойн, в своем современном виде, плохо спроектирован для ритейла, именно по этой причине платежные процессоры вроде Bitpay тяжко выживают, несмотря на миллионные вливания венчурного капитала. Сторонники повышения размера блока купились на эти байки так искренне, что уверовали, что Биткойну надо и далее оставаться дешевым в использовании. Но пользователи Биткойна, необеспеченные, не беспокоятся о бесплатных транзакциях, они беспокоятся о транзакционной свободе.
Ты поломал, ты и покупай
В своей ошибочной тяге оставить Биткойн дешевым, Роджер Вер и его сторонники распространяют политику, которая угрожает безопасности сети.
Одна из его теорий состоит в том, что большее пространство внутри блока ведет к большему количеству пользователей, дешевым транзакциям, а это значит — число узлов (людей, которые держат т.н. «полный клиент» и хранят у себя копию всего блокчейна, что подтверждает, что сеть целостна) будет увеличиваться. Таким образом сеть будет более надежной. Однако, пока нет никаких свидетельств, что пользователи сети Биткойна обеспокоены платой, которую необходимо отдавать за пользование сетью.
Опять же, это — необеспеченные; они пришли в Биткойн экосистему потому, что их нужды не входят в рамки статус-кво, и их не колышет высокая стоимость транзакций. Во-вторых, нет никаких свидетельств, что все новые пользователи озаботятся установкой полного узла. Скорее всего, они установят легкий кошелек, вроде Mycelium или Breadwallet, которые позволяют пользователям переводить и получать биткойны никак не добавляя надежности самой сети.
Роджер углубляется в детали относительно того, как увеличенная производительность жёстких дисков, пропускная способность сетей, а также вычислительная мощность компьютеров будущего поглотят стоимость содержания сети с увеличенными блоками. Но всё это не имеет значения. Когда блок транзакций находится майнером, он должен быть распространён по всей сети. Таким образом, есть аспект, который влияет на гонку между майнерами за право первым найти и распространить блок — это интервал времени, которое необходимо блоку для распространения (если быть более точным, то это интервал времени между нахождением блока одним из конкурирующих майнеров и моментом, когда этот блок получит первый сторонний узел сети – прим. пер.).
Закон Мура, закон Нильсена, и другие феномены улучшения компьютерной и сетевой производительности затрагивают всех майнеров в равной степени. Таким образом, Роджер не прав. С другой стороны, если интервал увеличится (а он увеличится, если сеть начнет производить блоки по 2, 4, 8 или 20 мегабайт), майнеры начнут производить больше «брошенных блоков», т. е. блоков транзакций, которые уже не нужны, так как другой блок, произведенный другим майнером, уже распространяется по сети. Таким образом, большие блоки заставляют майнеров далее централизоваться, чтобы уменьшить интервал, наблюдая как централизованные майнеры делятся найденным блоком сначала со своими партнерами, а уже затем отсылают его в остальную сеть.
Увеличение размера блока также потребует «Хард-форк». Так как консенсус Биткойна подразумевает согласие всей сети на добавление очередного блока, все должны использовать ПО, работающее с одинаковыми основными параметами. Увеличение размера блока нарушает эти параметры, так как все должны проводить обновление одновременно, или будут выброшены из сети. Представьте, что всем пользователям Windows в мире приходилось бы обновляться до новой версии ОС именно в тот момент, когда она выпускается, иначе не обновленный компьютер не сможет обмениваться данными со всеми компьютерами, которые обновились. Это был бы хаос.
Хард-форками в Биткойне уже очень давно не занимались, и это хорошо; так как сеть выросла, сложность введения хард-форка выросла соразмерно. Так что, разработчики Core предпочитают «софт форк»: такие обновления не изменяют основные параметры, позволяя людям обновляться по своему усмотрению, при этом они имеют возможность участвовать в жизни сети. В этом состоит осторожный, и по моему мнению, верный, способ введения улучшений.
Самолеты, Поезда и Автомобили
Предыдущие две секции могут казаться пессимистичными; вроде того, что Биткойн создан для использования проститутками, торговцами наркотиков, и бандитами. Благодаря работе команды Bitcoin Core, это в скором времени изменится. Скоро Биткойн вырвется за рамки блокчейна.
Вместо аналогии Вера с сетью кофеен Starbucks, стоит привести более подходящую аналогию относительно того, почему размер блока не стоит постоянно увеличивать. Представим, что некоему человеку сказали добраться из Лос Анджелеса в Нью Йорк за один день. Толпа «за увеличение размера блока» верит в грубую силу как метод решения проблемы: давайте разгонимся и будем ехать 300 км/ч. Однако утонченное решение требует лучшей технологии. Вместо быстрой езды на автомобиле, почему бы не воспользоваться самолетом? И вместо того, чтобы засорять блокчейн, стоило бы выстроить сеть Lightning.
Объяснение в деталях принципов работы сети Lightning не входило в цели данной статьи. Я предлагаю всем заинтересованным лицам прочитать отличную серию из трёх трудов Аарона ван Вирдума. Если коротко, то сеть Lightning — второй технологический уровень, выстроенный поверх Биткойна. Это работает как счет в баре. В большинстве баров вы можете открыть счет и заказывать пиво всю ночь в любых количествах, тогда как расчет проводится утром.
Точно так же, в Биткойне, вы можете открыть «платежный канал» (имеются ввиду системы микроплатежей) с другим человеком, переводить средства туда и обратно столько раз, сколько понадобится (до тех пор, пока вы не исчерпаете возможности канала), а затем в конце закрыть канал. В блокчейн в итоге отправляются только две транзакции — первая и последняя.
И вот еще фишка: представьте, что ваш друг также завел счет в этом баре, и вы можете платить ему просто добавлением нужной суммы к вашему счету и вычитанием эквивалента из его долга. Всё это дистанционно, криптографически подтверждаемо, без краж, анонимно (так как транзакции видны только участвующим лицам, а в блокчейне не видны), может происходить на неограниченном количестве «барных стоек»-посредников, и позволяет избежать использования недешевого и длительного процесса подтверждения в блокчейне перед завершением сделки.
Практически кто угодно может играть роль посредника с домашним Интернет соединением, под влиянием жажды заработать небольшие комиссии. Всё это не научная фантастика — уже существует три команды, активно работающие над созданием подобных вещей. Увеличение размера блока — второе по необходимости решение по масштабируемости, расширяющее пропускную способность за счет фактора двух, четырех и т.п., при том подвергая децентрализацию рискам. Так или иначе, сеть Lightning может расширить возможности сети Биткойна так, что она будет обрабатывать тысячи и миллионы транзакций в секунду, доступная для всех людей мира, без каких-либо рисков централизации.
Черт возьми, я доктор, а не криптограф
Важно подходить к разработке Биткойна со скромностью. Разработчики Биткойна — опытные программисты и криптографы, и они, скорее всего, разбираются в экономике. Они провели годы изучая каждую строку исходного кода, разрабатывая новые фишки и изучая экономические последствия этимх фишек. Сколько бы вы ни знали про Биткойн, эти парни знают больше. Можно часами говорить с кем-то вроде Питера Тодда или Эрика Ломброзо относительно вещей вроде UTXO, Деревьев Меркла, Заголовков Блока или на другие сложные темы.
Рассказывать этой группе разработчиков, что в Биткойне пора повышать размер блока – всё равно, что рассказывать отцу, как водить машину. Большинство разработчиков уже придерживаются стороны Core — что лучше оставить размер блока на отметке в 1 Мб, сконцентрировав усилия на поиске более продвинутых механизмов масштабирования. Увеличение размера блока с 1 до 2 мегабайт ничего не решает, а просто автоматически расширяет субсидирование, когда в реальности на пользователей ляжет больше затрат по поддержанию работы сети, особенно в свете недавнего уполовинивания. Сторонники больших блоков гонятся за ошибочной целью поддерживать Биткойн дешевым, однако дешевизна транзакций — не совсем то, что ищут настоящие пользователи Биткойна.
Критики данной точки зрения говорят, что нам не нужны эксперты Core, которые ведут монетарную политику, как это делает армия экономистов Федрезерва. Данное сравнение, в лучшем случае, — лицемерие. Федрезерв принимает квази-экономические/политические решения, которые влияют на нас всех, вне зависимости от того, хотят ли люди участвовать в этой грязи. Биткойн — свободный софт и если вам не нравится положение вещей в нём, вы можете свободно перейти на любой из альткойнов.
Будучи либертарианцами, мы верим в рынки как в инструмент тестирования идей и продуктов, а не полит-технологий. Можно сказать, что рынок уже неоднократно протестировал идеи Роджера Вера. Те, кто хочет увеличить размер блока, запускали Bitcoin XT, который провалился. Затем, как только один из их многообещающих союзников, пуская сопли, гневно распрощался с Биткойном, они запустили Bitcoin Unlimited, который также провалился в деле поиска сторонников. Затем был запущен Bitcoin Classic, и да, вы угадали, он тоже провалился.
Таким образом, Роджер и его союзники прибегли к политической игре, беспрестанно повторяя те же точки зрения, что мы уже слышали ранее. Но когда дело доходит до денег, людей сложно дурить так, как обычно дурят на выборах. Биткойн, как и Интернет, будет построен уровнями, а не с помощью постоянного увеличения нагрузки на блокчейн. Разработчики, майнеры и держатели биткойнов знают, что увеличение размера блока — плохой и слишком грубый метод масштабирования, и что вместо того, нам необходимы новые уровни, вроде сети Lightning. Если Роджер Вер хочет масштабировать Биткойн так, чтобы каждый Starbucks в мире использовал его, то ему стоит сконцентрировать свои усилия на разработке Lightning.
Биткойн изменит мир, в этом я уверен; однако, революции длятся десятилетиями, и когда случится следующая, она будет децентрализованной.
Источник: FEE