Терапевтические отношения в гештальт-терапии. Часть №3
Терапия начинается с того, что терапевт ничего не знает о клиенте, а клиент, в свою очередь, ни в чем таком не признается. Далее терапевт пытается что-то узнать о жизни клиента, а клиент, когда эта история начинает перед ним разворачиваться, обращает внимание на некоторые детали, которые раньше оставались в тени. Происходит совместное движение навстречу, и это движение связано со взаимными обязательствами.
Терапевт отказывается от того знания о клиенте, которое возникает вне контекста их отношений и идет от предыдущего опыта, пусть и богатого, но не имеющего прямого отношения к текущему моменту. Клиент же предполагает, что все происходящее в терапии является для него полезным, поскольку именно он проживает эти моменты и проживает их для себя. Это - идеальная клиентская позиция. Я бы даже сказал, что это - идеальное мета-отношение клиента к терапии. На коротких отрезках этого длинного пути могут возникать не только приятные переживания, связанные с открытиями и перспективами, но и ощущения скуки, злости и недоверия. Эти ощущения являются вполне “нормальными” и естественными, поскольку в терапии клиент живет настоящей жизнью, а не вкладывает свои усилия в поддержание иллюзии вежливости и лояльности, лоббируя только положительные переносы.
Отлично, если удается выдержать все испытания этого пути и преодолеть соблазн свернуть с него в сторону чего-то более спокойного и безопасного. Ведь в результате клиент и терапевт встречаются и обнаруживают совместно открытую истину, которую разделяют они оба и которая является следствием только их совместной работы над ее поиском. Потому что терапия, - это не создание изящных конструкций из интерпретаций, объясняющих, почему в жизни клиента происходит то или иное, а открытие клиентом способа, каким он продолжает это делать.
Другими словами, “решение” ситуации, за которым приходит клиент, является результатом совместной жизни в терапевтических отношениях, а не вопросом компетенции и опыта терапевта. Поскольку весь свой предыдущий опыт терапевт использует для того, чтобы с каждым новым клиентом сформировать эти отношения заново, порой вопреки установкам клиента, жаждущего немедленного исцеления при одновременном неучастии в нем. Решение проблемы появляется настолько, насколько клиент осознает свое участие в ее формировании.
Клиент обращается со своей проблемой так, как будто она в какой-то момент времени отпочковалась от его жизни и приобрела застывшую форму, как будто абзац в автобиографии, который невозможно переписать заново. И так же он обращается с ней, когда приходит к терапевту, буквально вываливая свою проблему на стол и отходя на некоторое расстояние для того, чтобы оттуда ею полюбоваться. Такое обращение со своим личным феноменом можно охарактеризовать как отчуждение. Ведь в этом случае в отношении к нему отказываются от личной ответственности, вместо этого прибегая к причинности для объяснения почему «это» случилось. Как будто знание причины само по себе способно изменить следствие.
С таким же механизмом отчуждения мы сталкиваемся, когда клиент в недоумении задает себе или терапевту вопрос - а как то, что происходит в пределах терапевтического кабинета, может оказывать влияние на что-то в моей “настоящей” жизни? Как можно взять тот опыт, который приобретается в рамках отношений с одним человеком, специально обученным для того, чтобы эти отношения формировать и поддерживать, и применить его на практике, к другим людям и другим отношениям? Как будто бы жизнь может быть прерывистой, разделяемой на “до” и “после” и клиент может быть изящно распилен на часть, получающую терапию и часть, живущую всю остальную жизнь. Но самом деле так действительно может происходить, если это отчуждение игнорировать. С одной стороны, этот процесс является прекрасным защитным механизмом, но с другой, делает невозможным клиенту быть целостным в своем опыте. Другими словами, никакое отчуждение не проходит бесследно, фрагментируя человека на больную и здоровую части. Но “вылечить” больную часть без участия здоровой невозможно. И поэтому еще одной важной задачей терапии является попытка интеграции в одно целое того, с чем клиент, фактически, намерен бороться. Это как будто пытаться своей правой рукой перебороть левую руку и в случае удачи ее за это наказать.
Автор - Макс Пестов
Врач-психотерапевт, психиатр-нарколог, системный семейный терапевт, гештальт-терапевт, супервизор, тренер
Телефон: (4212) 25-40-77 (Хабаровск)