С момента рождения мы учимся с помощью языка классифицировать окружающие явления, в том числе и бесконечное разнообразие натуральных цветов. При этом многие мировые языки описывают цвета совершенно по-разному.
Например, в языках дани, на которых говорят в Папуа-Новой Гвинее, Бассе, Либерии, Сьерра-Леоне, есть лишь два определения цветов: «тёмный» и «светлый». В грубом переводе «тёмный» означает «холодный» (чёрный, синий, зелёный цвета), а «светлый» – «тёплый» (белый, красный, оранжевый, жёлтый). Как сообщает IFLScience, в языке народов севера Австралии уорлпири вообще нет слова, обозначающего понятие цвета. То, что мы называем цветами, здесь описывается как особенности текстуры, функций и физических ощущений.
Во многих не связанных между собой языках есть пять слов, описывающих цвета. Так, у населения равнин Намибии и пышных тропических лесов Папуа-Новой Гвинеи наряду с «тёмным», «светлым» и «красным» есть ещё определение «жёлтый», а также слово, обозначающее сразу синий и зелёный цвета – что-то вроде «силёный».
В русском, греческом, турецком и многих других языках синему цвету оказано большее почтение – здесь есть отдельные термины для его светлых оттенков (голубой) и тёмных (синий). Но в течение нашей жизни восприятие цвета может меняться, и иногда это напрямую связано с языковыми перипетиями. Например, те же греки, долго прожившие в Великобритании, перестают различать голубой и синий цвета, мысленно объединяя их в один – синий. А всё потому, что в английском языке нет разделения синего цвета на светлый и тёмный оттенки, есть одно слово «blue».
То есть цвета не меняются – под влиянием разных языков меняется наше восприятие цветовых оттенков и других повседневных явлений. Это происходит потому, что изучая новый язык, мы даём нашему мозгу способность интерпретировать мир по-новому – в том числе иначе видеть и обрабатывать цвета.